Глава 47
В которой герой идет в поход.
Поход с Игорем, намеченный некоторое время назад состоялся. Правда это был не совсем поход. Задумка была такая, поехать по Вуоксе на лодке, остановиться на острове и пожить два дня в палатке.
Кроме Игоря пошел в поход их с Машей одногруппник, Дима. Они с Игорем начали спорить, еще не выехав из города, и продолжали препираться с небольшими перерывами, пока не расстались, вернувшись. Поводом для спора могло быть что угодно, от системы оплаты пригородных поездов, до службы в армии по контракту. Утешало только, что Дима говорил не торопясь, без лишних нервов и тембр голоса был низкий, приятный. Так что, если не вслушиваться, то вполне себе ничего. Иногда приходилось включаться, когда Игорь что-нибудь чрезмерно близко к сердцу принимал и начинал вибрировать и телом, и голосом.
Погода сопутствовала, небольшие облачка, легкий ветер, +24 градуса. Но вот с островами не повезло. Проезжали уже четвертый и солнце клонилось в закат, а везде было занято. В сумерках практически нашли-таки стоянку. Надо сказать, что Дима, несмотря на непрекращающиеся споры, умудрился поймать на блесну щуренка, и обещал сделать уху.
Пока Бедолага с Машей собирали хворост, Дима сдержал обещание. Вернувшись увидели котелок на костре, а в нем что-то булькало. После теоретической подготовки, мол без водки уха это рыбный суп, появилась водка.
…
– Нужно, Дима, с людьми обращаться деликатно, – звонко тараторил Игорь. Чтобы не обидеть, не смутить. Беречь людей надо.
– Вот ровно наоборот. – Неспешно ответствовал Дима приятным низким голосом. – Людям это не нужно, они от этого расслабляются и чувствуют себя нахально, посмотри на детей. А пока ты с ними жёстко, они будут в тонусе, так что ради их же блага, нечего угодничать.
– Да это не угодничание, как ты не понимаешь…
…
Бедолага вышел из освещенной костром полянки в темноту, на берег разлившейся озером Вуоксы. Вышел и остолбенел, задрав голову. Все заполнили звезды. Земная жизнь отступила и спряталась в темноту, осталось только небо и звезды. От края до края. Они отражались в черной воде. Были сверху, снизу, везде. И там шла какая-то жизнь, что-то двигалось. “Звездная феерия” — подумалось Бедолаге. Он пытался представить гигантские безжизненные планеты, миллионы километров, страшное Солнце, которое даже на Земле может убить своим жаром. И чем больше Бедолага погружался в этот мир без людей, тем страшней и страшней ему становилось. Наконец он встрепенулся и побежал к костру. Он с такой радостью обнял и поцеловал Машу, что она сказала:
– Что-то ты, дорогой мой, совсем захмелел, не пойти ли тебе в палатку?
…
Игорь и Дима работали по образованию, журналистами. Игорь рассказал, что на этой неделе должен выйти на их инфо-канале материал про склады на Лиговском, 50, про находку чугунного сундука, про музей, которым занималась Маша. Ожидали, что он сработает как реклама и потянутся наконец посетители в пустующий музей.